Перейти к контенту
Гость sumotorifr3

ГКО

Рекомендуемые сообщения

Гость sumotorifr3

Государственные Краткосрочные Обязательства

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость sumo

Причиной для создания этой темы и всего форума послужила статься В 1-м номере журнала Д-штрих на стр.44 а под названием "Трейдинг в переходный период".

http://www.expert.ru...-obstoyatelstv/

 

Нормальная статья, только автор гонит пургу про ГКО и 1998 год, в разделе "1998 год: ставка на доллар".

 

Рассуждения автора в статье поражают дилетантизмом в части ГКО. Помимо обывательского "пирамида", полное непонимание смысла доходности. Нет смысла доходности в 250% если инфляция в 300%, что и было до 1994 года.

Привелекальным сделало работу на данных обязательствам майская 1995 года фиксация курса доллара кабинетом Черномырдина.

А инфляция в стране осталась, и доходность ГКО на тот момент превышала доходность в 100 % годовых, что при фиксированном курсе доллара давало такую же доходность в долларах.

Т.е. вы продавали доллар за рубли, рубли вклыдыали в ГКО, при доходности в 7-8% в месяц, в зависимости от серии.

В начальной стадии были в основном 3-х месячные. Дожидались погашения и вновь покупали ГКО. Так как это были государственные бумаги, риск был минимальный.

Естественно иностранцы вкладывали в такой инструмент огромные суммы, но и российские банки не отставали, так как доход от этих бумаг к тому не облагался налогом.

Естесственно доходости по ним стала падать и к лету 1997 года опустилась до 17-20%. Дальнейший рост осенью 1997 года до 40-50% был связан с азиатским кризисом. К лету 1998 года доходость поднялась до 100% но это уже была часть дефолта.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость sumo

Фиксация курса доллара привела к бессмысленной работе на фьючерсах на курс доллара и соответственно к краху бирж работающих в этом сегменте.

Свой первый договор с банком я открыл 25.06.1995 года и он был в банке первым - № 812/001.

Особенностью было наличие специального 812 счета для целевего использования этих средств.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость sumo

В мае 1993 года ММВБ открыла биржевой рынок государственных краткосрочных бескупонных облигаций (ГКО). В конце этого года она приступила к проекту единого электронного финансового рынка «ЭФИР» — начались межрегиональные биржевые торги в системе валютных бирж. С 1994 года ММВБ ввела новый технический и торгово-депозитарный комплекс, а с июля 1994 начала распространение удаленных терминалов, подключенных к торгово-депозитарной системе ММВБ. Возрождение биржевой торговли в России совпало по времени с массовым внедрением в финансовом мире информационных технологий, распространением Интернета. Хотя крупнейшие биржи Запада продолжали торговать классическим способом — «с голоса на пите», на ряде российских бирж стали внедряться интегрированные электронные системы для организации торгов. Для России, раскинувшейся на девять часовых поясов, это было также сложно, как и необходимо. Первым крупным проектом в этой области стало создание в 1993 году на базе ММВБ электронной торгово-депозитарной системы, которая обслуживала рынок государственных ценных бумаг (ГКО–ОФЗ).

 

Таким было ее начало. В итоге в России появилась биржевая площадка, обладающая современной электронной торговой системой, серьезным потенциалом развития и поддерживающая возрастающий рынок ценных бумаг — ГКО, ОФЗ, затем корпоративных ценных бумаг и срочных инструментов. Затем торги валютой также переводятся в систему электронных торгов (СЭЛТ). Введение удаленных терминалов давало возможность создать универсальную компьютерную биржу, где в режиме реального времени работали не только московские инвесторы, но и участники из других регионов страны.

 

Достоинство этой системы проявлялось во время аукционов по ГКО и ОФЗ. Если на Западе они обрабатывались вручную, то в России результат был виден сразу. При работе в банках с ГКО в 1997 - 1998 годах сразу же была видна цена отсечки и сразу было понятно удовлетворили твои заявки или нет и принималось решение на вывод денег, или на покупку по рынку.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость sumo

Работа с ГКО и ОФЗ в 1995 году не представляла особого труда и не требовала особого подхода. ГКО был 3-х месячыне а ОФЗ - полугодовые.

Поэтому просто дожидался погащения и покупал новый выпуск.

Торги велись 2 часа с 11 до 13. В день погашения деньги зачислялись на твой 812 счет.

В день погащения проходил аукцион по размещению новых ГКО и ОФЗ и если в нем участвовал, подавалась заявка на участие.

Заявка могла быть по рынку, или с конкретной цифрой, что в случае успеха давало пару - тройку лишних процентов доходности. Заявки посылались по факсу, оригинал отвозил позже.

Возможная игра заключалась в различных стратегиях повышения доходности. Прежде всего использования различий в сроках обращения между ГКО и ОФЗ а также изменение доходности в различных выпусках ГКО. Бывали момент когда какой либо выпуск быстро вырастал, поэтому его можно было продать и перейти в другой, доходность по которому была выше.

 

Первые проблемы, точнее падение цен произошло в феврале 1996 года, и было связано с выборами президента летом 1996 года. Как обычно это событие произошло неожиданно по времени. Конечно ожидалось что это произойдет, только думалось что где-то ближе к лету. Это привело к изменению тактики.

Конечно причиной было что часть участников просто перешла в доллар, и каждый участник думал, не сделать ли это и ему. Ходили слухи что люди пакуют чемоданы и готовы ехать в аэропорт в случае победы Зюганова (коммунистов).

Нахождение в ОФЗ с погашением в марте -апреле-мае (по ним была повыше доходность) было ошибкой. Лучше было находиться в коротких ГКО, так как при окончание срока в феврале - марте можно было войти в новые ГКО с большей доходностью. При этом доходность постепенно повышалась и росла вплоть до выборов. И покупка каждый раз была все более выгодно, но и риски возростали.

В общем сохранение позиции в ГКО было серьезным испытанием для нервов, и тем большим чем ближе были выборы.

А кульминацией этому стало катострофическое падение стоимости ОФЗ до уровня в 50% от номинала (напомню что они было 6 месячные) между 1 и 2-мы турами выборов. При отсуствии погашения выпусков ГКО в этот период приходилось только облизываться, гляда на такую доходность. Попытки найти новых денег для попкупки в этот период особого успеха не имели, никто не хотел расставатсья с долларами и найти свободные деньги были малореально. Но какие то крохи потраченные на покупку ОФЗ перед 2-м туром выборов дали 90% за 3 недели, так как уже через 2 недели после выборо стоимость ОФЗ была 95% от номинала.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость sumo

Конечно основными покупателями были банки и другие организации, но и рядовой гражданин мог покупать ГКО.

Основным препятствием выступало недоверие граждан к государству. На предложение поучаствовать в покупке ГКО смотрели скептически, предпочитая отдать деньги соседу бизнесмену под %, ничем купить государственные бумаги.

Хотя некоторые родственники отдали деньги для вложений в ГКО.

Но особенно проявил понимание момента приятель Саша Успенский. Когда я ему объяснил все особенности, он вложил деньги в ГКО. Особенностью участия в ГКО было то, что доходы от них не облагались налогом (а для банков вообще была лафа. Если у банка более 50% прибыли приходилось за счет доходов от ГКО они не платили налоги на всю прибыль). Поэтому Александр заработав денег на ГКО купил себе сиреневый Хюндай (это был 1997 год) и разбезжал на нем со спокойной совестью, имея на руках справку о доходах на ГКО.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость sumo

Говоря о "пирамиде ГКО" это чушь собачья писак и прочих, кто мало что понимает в финансах.

Финансирование бюджета через займы нормальная практика в большинстве стран.

И даже в СССР были после войны "Государственный займ на восстановление народного хозяйства".

Да покупка (подписка на заём) носила принудительный характер, что не меняет его сути.

Да и то что сделал Кириенко, ничем не отличалось от "замораживания" выплат по облигациям госзайма на 20 лет.

У моих родителей эти бумаги лежали как обычные бумаги в течение 20 лет, а не как денежные документы.

Да и в итоге вернулось меньше половины от вложенных денег (по покупательной) способосности тоже примерно соответствовало дефолту 1998 года для частных лиц.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость sumo

После выборов лета 1996 года работа с ГКО протекала без особых приключений, но при постоянно снижающейся доходности, которая к лету 1997 года опустилась до отметок в 16 -18% годовых. До этих же уровней снизилась и ставка рефинансирования ЦБ, что заставило искать иные источники вложения денег.

И таковым оказался фондовый рынок, который к тому времени уже более-менее сложился.

С рынком ГКО и 1996 годом связана и покупку первой специализированной книги по техническому анализу

Это была книга авторов М.В. Кузнецова и А.С.Овчинникова " Технический анализ рынка ценных бумаг" где хотя и в краткой форме, было расказано о методах технического анализа. А в качестве примеров использованы изменения цен ГКО.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость sumo

В 1997 году я работал в небольшом банке. Пакет ГКО был порядка 10 млрд. рублей, что примерно соответствовало 2 млн. грина. К концу лета 1997 года портфель был сильно урезан,в связи с падением доходности.

 

Следует сказать несколько слов еще об одном инструменте ОГСЗ.

 

В этото момент были выпушены Облигации Государственного Сберегательного Займа, предназначенные для частных лиц.

 

В сентябре 1995 г. на российском финансовом рынке появились облигации государственного сберегательного займа (ОГСЗ), выпуск которых был осуществлен в соответствии с указом Президента РФ. На сегодняшний день первый выпуск десяти серий облигаций сберегательного займа в размере 11 трлн. рублей закончен.

 

Первый выпуск облигаций ОГСЗ, или облигаций для населения, был вполне благополучным и успешным как для Минфина РФ, так и для населения и финансовых структур. На протяжении всего периода спрос превышал предложение. Особенно это было заметно в последние месяцы 1996 года, что вполне объяснимо, учитывая падение доходности практически всех инструментов финансового рынка. Доходность же по ОГСЗ оставалась вполне привлекательной даже на этом фоне. Пока вышли из обращения первая, вторая и третья серии первого выпуска, а остаются в обращении облигации семи серий на общую сумму по номиналу более 8 трлн. рублей.

 

Выпуск этих бумаг был рассчитан на мелких частных инвесторов, так как, с одной стороны, такие инвесторы уже имели возможность разочароваться от попыток участия в операциях лжефинансовых компаний и ряда банков, с другой стороны, набор финансовых инструментов был ограничен, а доходность по привычным для населения направлениям вложений средств, например в валюту, стала резко снижаться. В этой ситуации спрос на новые финансовые инструменты, имеющие государственное обеспечение, был в значительной степени гарантирован.

 

Принципиальных отличий ОГСЗ от ценных бумаг типа ГКО-ОФЗ было три:

 

документарный (бумажный) выпуск;

• относительно низкий номинал (100 тыс. и 500 тыс. рублей);

 

• предъявительский характер этих ценных бумаг.

 

В соответствии с условиями выпусков отдельных серий ОГСЗ процентный доход по купону приравнивается к последней официально объявленной купонной ставке по облигациям федеральных займов с переменным купонным доходом (ОФЗ-ПК) за аналогичный по продолжительности купонный период.

 

Банки также активно покупали данные бумаги, но там было условие, чтобы банк реализовал определенную часть купленного физически лицам, что делалась по простым схемам.

Следует отметить что данные бумаги были на льготном обложении, что позволяло строить на их основе схемы ухода от налогов. В частности в 1996 году всего за 0.5% от суммы сделок на РТСБ получалась официальная справка о покупке или продаже ОГСЗ, которые якобы и использовались для расчетов вместо денег с физическими лицами.

 

Тем не менее к лету 1997 года все схемы работы с государственными бумагами уже были на излете, а последовавший осенью 1997 года рост доходности ГКО в условиях роста ставок на межбанковском рынке заставлял насторожиться.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость sumo

Осень 1997 года была отмечена азиатским кризисом, резким ростом ставок на МБК, ростом доходности ГКО. Все это связывается обычно с резким падением цен на нефть и соответствено уменьшением денег в государстве. В этих условиях наметился уход нерезидентов с рынка ГКО, а российские финансовые структуры не могли заместить их объемы. Да и особого желания не было в тех условиях. Кроме того с марта 1998 года началось новое снижение на фондовом рынке, которое служило индикатором, превратившееся в мае в обвал.

post-2-1295638354,3062_thumb.png

К лету доходность ГКО стремительно взлетела, и возврат доходности к уровням в 100% спровоцировал частные лица к покупкам, за что они и поплатились.

Дефолт привел к заморозке выплат и реструктаризации ГКО, но частным лицам было выплачено все. Александр честно заработал свои 100% годовых, но вернул всего 40% в долларах, так как покупал он когда курс доллара к рублю был меньше 6, а вернули ему деньги при курсе 26 рублей за доллар.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость sumo

Вольные рассуждения на тему о причинах ГКО.

Представляется сомнительным версия о цене нефти и низких золотовалютных резервах ЦБ как главная причина для дефолта.

Есть подозрение что преддефолтная ситуация была подготовлена заранее, а Кириенко честно выполнил отведенную ему роль.

Вряд ли кто нибудь помнить что такое "Семибанкирщина". Это семь самых крупных банков, которые в чьих руках и находилась подавляющая часть финансовых потоков. Набранная ими мощь ставила политическую власть в зависимое положение, что и проявилось во встрече Ельцина с 7ю банкирами. Судя по всему ГКО и было выбрано инструментом которым и было разрущено могущество банков, и с тех пор ни один из частных банков не поднимался до того уровня мощи и богатства что имели в 1995- 1997 года такие банки как "Инком" или "Российский кредит". Достаточно сказать, когда в 1996 я попробовал перейти в банк "Инком" для работы с ГКО, оказалось что они работают с суммами от 1 млрд. рублей, а у меня был пакет всего на 500 млн. рублей. За обслуживание в банке Инком нужно было платить.

У крупных банков была одна слабая сторона, или сильная, это смотря как считать. Они все имели очень крупные пакеты ГКО, да и кто откажется от такого легкого зароботка. Но источником их денег были западные кредиты. И проблемы с возвратом денег из ГКО сразу создавали проблемы с возвратом кредитов. А уж изменение курса доллара просто убивало такие банки, в связи с невозможностью расплатится по кредитам. Что и стало результатом дефолта и последующего роста курса доллара.

 

Как пояснение что такое политическое решение проблемы приведу пример с Масхадовым.

Кто не помнит, поясню. Был это "президент" самопровозглащенной республики Ичкерия.

Ну и как "президент" с президентом Ельцином в 1997 году захотел вести разговоро на равных. "На равных".

На телеролике было видно как взбещен таким поведением Ельцин.

Вопрос был решен в 2005 году когда Масхадов был убит.

А вот Кадыров оказался гораздо умнее. Он был президентом Чеченской республики

Сам ли он догадался, то ли ему намекнули, взял и отказался от титула президента,

мол в России должен быть только один президент. И стал просто главой республики.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость sumotorifr3

Вот как пишут о ГКО разные придурки которые в этом ни ухом ни рылом.

--------------------

 

Блог им. Pitals | Обвал пирамиды ГКО

16 июля 2014, 07:50|PitalsСохр | Ж | Печать

Здрайвствуйте, прочел книгу 100 великих афер ( из цикла 100 великих) и хотел бы поделиться наиболее инетерсными вещами, связанными с Россией.

Советую прочесть эту книгу всем трейдерам. Она очень познавательна и позволит сделать выводы о доверчивости и корысти людей.

 

 

 

 

В августе 1998 года Россию постигла тяжелая финансовая катастрофа, оставившая без средств к существованию более одиннадцати миллионов российских граждан. Утех, кто сохранил за собой место работы, зарплата была урезана в среднем на две трети, со 160 до 55 долларов в месяц. За официальной чертой бедности оказались около 40 процентов граждан России.

Кризис был связан с масштабными спекуляциями, в основе которых лежали государственные краткосрочные облигации (ГКО) — ценные бумаги Министерства финансов Российской Федерации с определенным сроком их погашения и гарантированным процентом доходности. Выпуск подобных облигаций — общепринятый в мировой экономике механизм привлечения денежных средств. Полученные деньги пускаются в оборот, приносят прибыль — она идет на погашение стоимости и выплаты процентов, а также на нужды государства. Но Россия и на этот раз пошла своим путем.

 

Впервые ГКО появились на ММВБ 18 мая 1993 года, и вскоре эти ценные бумаги стали основой фондового рынка России и главным средством финансирования бюджетного дефицита. ГКО были абсолютно ликвидными облигациями со сроком обращения в 3, 6 и 12 месяцев и номиналом в миллион рублей. Наибольшей популярностью пользовались самые «короткие» ГКО. Банк России продавал облигации существенно ниже номинала, но Минфин выкупал их позднее по номиналу. Разница между ценой покупки и продажи составляла доход держателя ГКО.

При малом числе заявок государство могло снизить цены на облигации, чтобы стимулировать спрос. Когда спрос был велик, цена на облигации повышалась. Доход по ним составлял 30—50 процентов, а порой достигал немыслимых 250 процентов! Таким образом на фоне экономической разрухи в стране, неплатежеспособности половины производственных предприятий на российском финансовом рынке можно было не прилагая усилий получать 100 процентов прибыли, гарантированной государством.

Успех первых торгов побудил Министерство финансов расширить рынок краткосрочных облигаций. «Однако щедро расплачиваясь с держателями выходящих в тираж ГКО, государство отдавало им лишь часть денег, выручаемых от продажи все новых серий, — отмечает видный историк Рой Медведев. — Именно эти признаки — короткие сроки обращения, высокая прибыль при погашении облигаций, средства для которой черпались не из бюджета, а за счет притока все новых и новых покупателей, — придавали операциям по ГКО форму опрокинутой пирамиды. В сущности, это была классическая финансовая пирамида, которую строили не частные лица, а государство».

Уже в 1995 году ГКО появились тревожные симптомы, когда доходов от размещения новых серий не хватало на погашение вышедших в тираж. А между тем впереди были выборы в Государственную думу и на пост президента. Правительству срочно требовалось найти новые источники заимствования. Существовало лишь два пути — повысить доходность ГКО и разрешить участие в этой игре иностранцам.

В первые месяцы 1996 года доходность ГКО поднялась до 100 процентов. За месяц до президентских выборов она возросла до фантастических 250 процентов. При среднем сроке обращения ГКО в 134 дня владельцы облигаций могли удвоить свой капитал менее чем за четыре месяца! Это были сумасшедшие прибыли, и в игру на рынке ГКО втянулись не только крупные банки, но страховые и пенсионные фонды, предприятия и научные институты. Не удержалась и церковь: даже настоятели православных и мусульман охотно покупали ГКО.

В результате правительство добилось не поставленных, а прямо-противоположных целей: вместо того, чтобы финансировать развитие экономики, рынок ГКО, наоборот, вытягивал, словно пылесос, денежные средства из промышленного сектора, обескровливая его. Директора, не заботясь о нуждах своих предприятий, об их перспективах, направляли все средства на рынок ценных бумаг для сверхвыгодной «прокрутки».

Номинал в один миллион рублей мог отпугнуть только рядовых россиян, но не влиятельных людей. При расследовании, проведенном «Новой газетой» по поводу сверхвысоких доходов вице-премьера Анатолия Чубайса в 1996 году, была обнаружена весьма простая схема обогащения «особо важных персон»… Еще в начале 1996 года Чубайс получил от банка «СБС-АГРО» беспроцентный кредит в миллион долларов, на которые банк, по поручению Чубайса, приобрел несколько облигаций ГКО. Через три месяца облигации были погашены, и кредит банку возвращен. У Чубайса, однако, осталась прибыль в миллиард 700 миллионов неденоминированных рублей.

В 1996 году иностранные инвесторы вложили в ГКО около 6 миллиардов долларов. Прибыль оказалась столь велика, что на следующий год на фондовом рынке России начался бум. Эксперты международных финансовых корпораций отмечали, что российский фондовый рынок является лучшим в мире по доходности. Один из западных финансистов с удивлением говорил своим коллегам: «Мне кажется, что русские просто дарят мне миллионы долларов». Во многом благодаря иностранным инвесторам пирамида ГКО продолжала расти.

Когда в конце октября 1997 года накатила первая волна кризиса и упали цены на рынке ГКО, Центральный банк России какое-то время пытался одновременно поддерживать и рынок ГКО, и курс рубля. Центробанк покупал краткосрочные облигации, тем самым поддерживая рынок, а инвесторы с полученными от продажи ценных бумаг рублями тут же меняли их на доллары, вынуждая Центробанк продавать валюту. В итоге за ноябрь 1997 года уровень валютных резервов значительно сократился. В дальнейшем Центробанк перестал поддерживать рынок ГКО, что привело к падению цен на краткосрочные облигации и, как следствие, к росту процентных ставок по ГКО. Это привлекло новых инвесторов, но не в тех масштабах, которые необходимы для жизни финансовых пирамид.

В начале 1998 года около 40 процентов, находившихся в обращении ГКО, были частью активов Центробанка и Сбербанка. Выплаты по ГКО превысили доходы страны ровно вдвое. Валютные резервы Центробанка истощались, но полученные от сделок рубли Центробанк сам вкладывал в ГКО. Чиновники, от которых зависели все решения, и игроки в ГКО были одними и теми же персонажами…

Правительство какие-то меры все же принимало. Один из участников событий 1998 года — исполнительный директор Международного валютного фонда от России Алексей Можин рассказывал в интервью: «Последняя попытка выкрутиться состояла из трех элементов. Первый — это антикризисная программа российского правительства, в которой предусматривались меры по сокращению дефицита бюджета. Эта программа была подробно прописана в нашем соглашении с Международным валютным фондом (МВФ). Второй элемент — это крупномасштабный пакет международной финансовой помощи на сумму 22,6 млрд. долларов. Только от МВФ Россия рассчитывала получить до конца 1998 года 12,5 млрд. долларов, не считая кредитов Всемирного банка и двусторонних кредитов. Наконец, третий элемент, о котором многие забыли, — предложенный Минфином обмен ГКО на долларовые еврооблигации».

Процентные ставки по 7-летним и 20-летним еврооблигациям были установлены на уровне 13—15 процентов, то есть инвесторам предлагалось уйти с рынка ГКО с финансовыми потерями. Почти все держатели коротких бумаг остались на рублевом рынке, понадеявшись на то, что помощь МВФ и программа российского правительства позволят сохранить пирамиду по крайне мере еще на 3—4 месяца. В итоге инвесторы обменяли ГКО на еврооблигации всего лишь на сумму 4,5 млрд. долларов, что составляло немногим более 10 процентов общего объема рынка ГКО.

В мае 1998 года продажа ГКО приобрела массовый характер. Председатель Центробанка России Сергей Дубинин во время деловой поездки в Киев заявил, что процессы, происходящие на рынке ГКО, могут привести через 2—3 года к банкротству государства. Это заявление, растиражированное прессой, только усилило бегство инвесторов с рынка ГКО. В брошюре «Фондовый рынок», подписанной в печать в конце мая, профессор Эри предрекал: «Это учебное пособие выходит в свет в тот момент, когда терпит крах величайшее финансовое мошенничество всех времен. Крах пирамиды ГКО неизбежен. Искусственно вырытая стараниями кредиторов и постоянно увеличивающаяся долговая яма многократно превышает российскую денежную массу. В нее упадет Правительство. Всеобщая разруха и гражданская война становятся неизбежными. Это произойдет в ближайшие год-полтора».

Положение становилось критическим. Минфин попытался расширить продажу двухгодичных облигаций, а также ГКО с годичным сроком обращения. Однако денег на погашение вышедших из обращения облигаций не хватало. Полученные от МВФ 4,781 млрд. долларов были истрачены всего за одну неделю. По официальной версии, Центральный банк продал эти доллары российским и иностранным банкам для того, чтобы защитить курс рубля и тем самым избежать девальвации. Валютные резервы таяли на глазах, инвесторы начали крупномасштабный вывод капитала из страны. Каждую среду Минфин должен был погашать ГКО и размещать новые облигации, чтобы получить средства для погашения старых. Рынок ГКО по номиналу составлял в то время около 40 млрд. долларов.

Кредит МВФ был использован для вывода из-под удара влиятельных российских

игроков, которые сбрасывали крупные пакеты рублевых облигаций и тут же получали за них доллары по текущему курсу. Иностранные игроки на рынке ГКО также получили возможность обменять рублевые облигации на долларовые и, таким образом, дефолт их не коснулся.

Доктор экономических наук Сергей Глазьев прокомментировал историю с кредитом МВФ следующим образом: «С точки зрения морально-этической, в ситуации, когда рубль падает и никто доллары не продает и вдруг появляется 4,8 миллиарда, которые можно купить по 6 рублей за доллар, а больше нигде на рынке вы этого сделать не можете, ясно,

что это разновидность сговора с целью присвоения государственных денег, по сути дела, которые Россия взяла на себя по явно уже к тому времени завышенному курсу рубля.[...] А с точки зрения юридической была обычная процедура. Кому-то повезло — я так могу сказать. Конкретные банки — просто так случилось — оказались в нужное время в нужном месте и сумели получить по дешевке доллары».

Развязка приближалась, а все главные лица страны покинули Москву. Президент Ельцин улетел на Валдай ловить рыбу. Глава Центробанка Дубинин и руководитель президентской администрации Чубайс уехали отдыхать за границу. Кириенко отправился с визитом в Пермь и Казань, заявив, что устойчивости рубля ничто не грозит. Но все это не остановило развивавшейся паники на фондовом рынке. Всем лидерам пришлось срочно возвращаться в Москву.

Последнее слово было за премьером Кириенко, которому Ельцин дал полномочия для окончательного решения. 17 августа после бурного ночного заседания, завершившегося лишь в 4 часа утра, правительство России приняло решение объявить технический дефолт, то есть заморозить текущие выплаты по ГКО и переоформить все ГКО со сроками погашения до 31 декабря 1999 года в новые ценные бумаги, все выплаты по которым будут перенесены в XXI век.

Мнения экономистов разделились: одни считали это решение преступлением, другие — необходимым и своевременным. Характерен диапазон заголовков в российской прессе: от «Кто дал мальцу спички?» до «Мужество Кириенко». Размах и глубина последствий дефолта для российских финансов и банков, для населения и престижа России были столь велики, что Ельцин отправил Кириенко в отставку. Рубль упал в четыре раза. Тысячи предприятий оказались банкротами. Мигом обнищали миллионы людей. Крах получил соответствующую оценку мировой финансовой системы в опустившихся до африканского уровня кредитных рейтингах России. Российский ВВП всего за полгода сократился на две трети — с 422 до 132 млрд. долларов. И в то же время сотни чиновников свои капиталы приумножили. В этом — главный итог рухнувшей пирамиды ГКО.

Генеральный прокурор России Юрий Скуратов распорядился расследовать эту аферу. Его подчиненные провели выемку базы данных Межбанковской валютной биржи. Работа колоссальная — всего в реестре значилось 45 тысяч человек. Оказалось, что на рынке ГКО активно играли многие должностные лица. Скуратов назвал фамилии 780 крупных государственных чиновников. Среди них — первый вице-премьер правительства Анатолий Чубайс, вице-премьер Валерий Серов, министр иностранных дел Андрей Козырев (этот вкладывал в ГКО астрономические суммы), министр образования и науки Александр Тихонов, первый заместитель министра финансов Андрей Вавилов, заместитель председателя ЦБ Сергей Алексашенко. Не обошлось без Бориса Березовского и представителей Министерства обороны. В числе азартных игроков числились обе дочери президента — Татьяна Дьяченко и Елена Окулова. Факт этот задокументирован. Если к Окуловой особых претензий не было — она не госслужащая, то Дьяченко — советник президента, не имела права заниматься коммерческой деятельностью, «Там были криминальные авторитеты, олигархи. Вообще было подозрение, и я убежден, что работала гигантская «стиральная машина», где отмывались нетрудовые доходы, шла легализация «грязных» денег. Всегда можно было сказать: «Я их выиграл на рынке ГКО»», — рассказывает Юрий Скуратов.

В действиях чиновников следователи усматривали следующий состав преступлений. Во-первых, злоупотребление должностными полномочиями. Они использовали служебную информацию о ситуации на рынке ГКО в корыстных целях. Во-вторых, уклонение от уплаты налогов. В-третьих, незаконное участие в предпринимательской деятельности. Чиновники не могли не понимать, что пирамида рано или поздно рухнет. Но возможность получения гарантированных сверхприбылей была для них важнее интересов страны.

Расследование аферы шло полным ходом, когда в начале февраля 1999 года генеральный прокурор России Скуратов был вынужден уйти в отставку. Его преемник расследование приостановил. Премьер-министр Евгений Примаков пытался вскрыть истинные причины дефолта. «Следует, не откладывая, открывать уголовные дела, — написал он на справке МВД. — Ущерб, нанесенный государству, огромен». Но, как только он пообещал выделить сто тысяч камер для лиц, замешанных в экономических преступлениях, убрали самого Примакова, а дело замяли. Сама же пирамида ГКО вошла во все учебники экономической истории, как пример одной из величайших финансовых афер нового времени.

 

© Из книги 100 великих афер.

===============================

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Вот тут стал читать опус Браудера "Красный циркуляр"

 

 

http://smart-lab.ru/blog/reviews/307596.php#comments

 

=====================

Паника среди инвесторов создала катастрофическую ситуацию для российского

правительства. Огромный дефицит бюджета в прошлые несколько лет вынудил

государство занять на покрытие социальных нужд сорок миллиардов долларов под

трехмесячные рублевые облигации, так называемые ГКО — государственные

краткосрочные облигации. То есть только чтобы удержаться на плаву, российское

правительство должно было каждые три месяца выпускать новые облигации в счет

погашения старых на сумму в сорок миллиардов долларов. Кроме того, чтобы привлечь

инвесторов, приходилось выплачивать по облигациям доход свыше тридцати

процентов годовых. Поэтому долг рос как снежный ком.

Даже в лучшие времена эту стратегию не назовешь расчетливой, а во время

кризиса она стала гибельной.

Страну мог спасти только МВФ — Международный валютный фонд. Весной

1998 года все московские брокеры и инвесторы только и говорили, что о

вмешательстве МВФ.

Интересно, что российское правительство не разделяло наших эйфорических

упований на помощь МВФ. Не знаю, чем это объяснялось — высокомерием или

глупостью, но Кремль занял жесткую позицию, в то время как фонд следовало умолять

на коленях.

В середине мая в Россию прибыл Ларри Саммерс, в то время заместитель министра

финансов США. Он должен был решить, что Соединенным Штатам делать в связи с

надвигающимся финансовым кризисом. Поскольку США были самым крупным

участником МВФ, точка зрения Саммерса могла повлиять на дальнейшие шаги этой

организации. Все западные политики понимали, что Саммерс один из самых

могущественных людей в мире финансов. Однако, узнав, что должность Саммерса

называется всего лишь «заместитель министра финансов», тогдашний премьер-министр

Российской Федерации Сергей Кириенко оскорбился и отказался с ним встречаться.

Несколько дней спустя, двадцать третьего мая 1998 года, в Россию на переговоры о

двадцатимиллиардном кредите приехала делегация МВФ. Столкнувшись с таким же

неразумием, она была вынуждена прекратить дальнейшие обсуждения. В обоих случаях

и Саммерс, и делегация МВФ покинули страну, так и не достигнув договоренности.

В отсутствие финансовой помощи со стороны МВФ российскому правительству

для поддержания рынка облигаций и привлечения покупателей пришлось увеличить

ставку доходности с тридцати процентов до сорока четырех. Но эффект оказался

прямо противоположным. Вместо того чтобы воспользоваться столь щедрым

предложением и накупить российских облигаций, инвесторы с Уолл-стрит почуяли

подвох. Они рассуждали так: вряд ли от хорошей жизни Россия поднимает и так

огромные ставки с 30 до 44 %, поэтому лучше держаться от этого подальше.

Отсутствие доверия привело к обвалу российского фондового рынка. В мае наш

фонд упал на тридцать три процента, а с начала года — на пятьдесят.

 

===============================================

 

вот достаточно прочитать его ахинею как сразу все ясно - мошенник он.

В рынке он хуже свиньи.

 

достаточно сравнить графика индекса РТС в 97 - 98 годах чтобы это понять.

 

* сам я продал свой пакет в феврале 98 года.

rts0102.png

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

А это уже хрень.

Лох он голимый, сидел в отеле, он даже не знает где торговали ваучерами.

 

 

стр.67

============

Московская биржа, торговавшая ваучерами, располагалась в невзрачном пыльном

зале заседаний в старинном здании напротив ГУМа, в шаге от Красной площади.

Внутри зала висело электронное табло с данными торгов, которое крепилось к потолку

массивными кронштейнами. Под ним концентрическими кругами расходились

пластмассовые столы. Все сделки заключались за наличные. Вход был свободным —

любой желающий мог прийти с ваучерами или наличными и заключить сделку.

Здание не охранялось, поэтому банк предоставил свою охрану.

======================================

 

Напротив Гума находится Кремль.

А описывается РТСБ - в здании главпочтамта на Чистых прудах.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Интересные данные 

======================

Экономист Андрей Илларионов (участвовал в разработке программы правительства Черномырдина в 1993 году, в годы кризиса был директором Института экономического анализа) утверждает, что к концу мая 1998 года было ясно, что страна вступила в кризис – он доводил до сведения руководства Минфина, правительства и администрации президента свое мнение о том, что девальвация рубля неизбежна. Он выступил даже с пресс-конференцией, а его статья об этом была опубликована только в июле 1998, до дефолта оставалось чуть более месяца. Приводим выдержки из того материала (источник): 

"Финансовая ситуация в стране ухудшается с угрожающей скоростью. В мае Россия теряла валютные резервы со скоростью 2 миллиарда долларов в месяц, в конце июня – по 600-700 миллионов долларов в неделю. <…>  Если не заниматься словесной эквилибристикой, то надо честно признать: страна находится в начале всеобъемлющего кризиса, масштабы и последствия которого с трудом поддаются прогнозированию по любому из самых пессимистичных сценариев, предлагаемых российской общественности. В стране одновременно – валютный кризис, долговой кризис, кризис обслуживания государственного долга, фондовый кризис, кризис реального сектора экономики, инвестиционный кризис… Последние семь недель правительство не в состоянии традиционным образом ни погасить, ни рефинансировать существующий долг, номинированный в ГКО и ОФЗ. С чисто технической точки зрения страна сегодня уже является банкротом.<…> 

С каждым месяцем, а сейчас уже и с каждой неделей, масштабы грядущей девальвации возрастают. Еще в марте и даже в апреле у Центробанка сохранялся шанс относительно мягко избежать самых неприятных последствий – при 20-30%-ном снижении основного тренда валютного курса. Этот шанс не был использован. В мае была утрачена сама возможность мягкой девальвации, хотя одноразовая девальвация рубля на 40% еще могла спасти ситуацию. К концу июня масштабы неизбежной девальвации рубля возросли до 50-60%. Судя по ситуации, сложившейся в последние дни, 100%-ная девальвация рубля (то есть до уровня 12-12,5 рубля за доллар) сегодня выглядит неизбежной. Однако, если девальвация вновь будет отложена, ее масштабы могут и удвоиться, и утроиться.<…> 

Девальвация рубля все равно произойдет, но масштабы ее будут более грандиозными, экономические последствия – более тяжелыми, политические последствия – несопоставимыми. Собственно говоря, именно вероятными политическими последствиями – прежде всего в виде отставки нынешнего правительства – многие наблюдатели объясняют нежелательность девальвации рубля.<…> Если девальвация произошла бы в конце мая, то маловероятно, что нынешнее правительство пострадало бы. Совершенно ясно, что оно не могло нести ответственность за тяжелое наследство, доставшееся от действий как предыдущего кабинета, так и Центрального банка. Но через несколько месяцев этого “окна возможностей” уже не будет. 

Если девальвация произойдет сегодня или завтра – в течение недели-двух, в крайнем случае, до конца июля; если она произойдет не стихийно, а будет произведена властями в управляемом режиме; если новый курс рубля будет внушать доверие рынкам; если девальвация будет сопровождаться пакетом абсолютно необходимых мер в фискальной, денежной и валютной сферах (чего, скажем честно, нет ни в правительственной программе, ни в требованиях МВФ);  то шансы нынешнего правительства на выживание, хотя и не являются гарантированными, остаются все же весьма высокими. 

Если же с помощью пакета международной финансовой помощи девальвация откладывается на несколько месяцев и происходит осенью или зимой, тогда уже неважно, какую конкретно форму она примет – управляемую или нет, при наличии пакета мер или без них. В этом случае шансы правительства на выживание близки к нулю.<…> Если бы девальвации ничего не решали, они никогда бы не происходили. Но в том-то и дело, что девальвации восстанавливают нарушенные ошибочной политикой властей макроэкономические балансы. Девальвация рубля в нынешних российских условиях является абсолютно необходимой для решения целого ряда проблем – для коррекции платежного баланса, снижения размеров обслуживания внутреннего долга, уменьшения процентных ставок, восстановления фондового рынка, возобновления инвестиционной активности, укрепления международной конкурентоспособности российской экономики, причем прежде всего обрабатывающей промышленности.  Но девальвация недостаточна. Она – лишь первый, хотя далеко не последний шаг в числе тех, что должны быть приняты". 

Сергей Дубинин, занимавший в 1998 году пост председателя Центрального банка РФ, позже так говорил о политике, проводимой в 1998 году (в интервью "Коммерсанту-Online" 17.08.2013):   

"Руководство ЦБ и правительство упрекают, что тогда не провели девальвацию. Зачем, мол, было поддерживать курс, если рубль подешевеет и мы получим конкурентное преимущество на внутреннем и внешнем рынках. Причина была в сложившемся механизме на рынке государственных краткосрочных облигаций (ГКО). Примерно треть всех размещаемых облигаций покупались иностранными инвесторами. Российские банки покупали ГКО за рубли, но с этими инвесторами был заключен договор, что обратно они им заплатят долларами по определенному фиксированному курсу. Так что если бы мы провели девальвацию, банки не выполнили бы своих обязательств перед иностранными инвесторами. Они бы либо обанкротились, что все равно случилось в 1998 году, либо вошли в открытый конфликт. Черномырдин и Чубайс понимали, что девальвация поставит крест на рынке ГКО и вплотную подведет к дефолту. Так что когда говорят, что надо было девальвироваться, посмотрел бы я, чем бы это закончилось. <…> России нужно было сокращать бюджет, но Госдума делала все, чтобы этого не случилось".

==================

Похоже именно поэтому и убрали Черномырдина, а поставили Кириенко - чтобы провести девальвацию и завалить банки.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи

Создать аккаунт

Зарегистрировать новый аккаунт в нашем сообществе. Это несложно!

Зарегистрировать новый аккаунт

Войти

Есть аккаунт? Войти.

Войти

×